Фрэнсис Беверли Джонсон Монсон, преданная жена Томаса С. Монсона, президента Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, скончалась в окружении любящей семьи в 6:35 утра в пятницу, 17 мая в Солт Лейк Сити, в больнице Университета штата Юты. Ей было 85 лет. В сообщении  новостей Церкви говорится: «Она была госпитализирована несколько недель назад, и умерла по причине старости».

Сестра Монсон, окруженная любовью семьи

Ничего не береги для особого случая. Каждый день твоей жизни и есть особый случай (Томас С. Монсон).

Президент и сестра Монсон поженились 64 года назад. В октябре 2013 года они отпраздновали бы 65-летие свадьбы. У них трое детей – Томас Ли, Энн Фрэнцис и Кларк Спенсер. Упомянув ее в своей биографии под названием «To the Rescue», Президент Монсон сказал: «Если когда-то в моей жизни была героиня, это была Фрэнсис». В сообщении также говорится, что Президент Монсон считал свою спутницу «маяком любви, сострадания и вдохновения». Также, в своей биографии Президент Монсон сказал: «Я так благодарен за свою тещу. Она принесла в мир чудесную дочь – мою жену и спутницу, которая, могу вас уверить, является отличной хранительницей семейного очага и превосходной дочерью Небесного Отца».

Энн Монсон Дибб, единственная дочь Президента и сестры Монсон, однажды прокомментировала в статье под названием «President Thomas S. Monson: Finishing the Course, Keeping the Faith» в журнале «Енсайн» о своей матери, говоря о ее личных качествах как истинной дочери Небесного Отца:

«Моя мать не похожа на других женщин своего поколения. Вместо того  чтобы искать мирского признания, она получала признание своей ценности в таких вещах, как счастливая улыбка сына или протянутая к ней рука внука или внучки. Президент Улфор Вудраф однажды сказал, что влияние матери на ее потомство намного сильнее, чем влияние кого-либо еще, и что ее влияние будет видно через поколения и даже в вечности. Я благодарна своей матери за ее влияние в моей жизни, и надеюсь, что смогу быть достойной ее любви. Когда я думаю о благословениях, которые я получила благодаря тому, что я выросла дочерью апостола, самое большое благословение, которое я получила, это то, что мой отец женился на такой прекрасной женщине – моей матери».

В недавнем видео на YouTube, выпущенном в пятницу 17 мая 2013 года Отделом по связям с общественностью Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, Энн Дибб Монсон заметила, что никто не может по-настоящему узнать свою мать без отца, или отца без матери. Они дополняли друг друга, и стали еще ближе, когда отец навещал ее комнате в больнице в последние шесть с половиной недель.

Жизнь, посвященная самоотверженности и благочестию

Фрэнсис Беверли Джонсон родилась в семье Франца Эмануэля Джонсона и Хильдур Августы Бут Джонсон 27 октября 1927 года. Она была самым младшим ребенком среди пяти детей и единственной дочерью. Ее назвали в честь и матери и отца. Она выросла в Солт Лейк Сити, штат Юта во время Великой депрессии. День ее смерти был бы днем рождения ее отца и отца Президента Монсона. Она родилась в шведской семье.

Фрэнсис училась в начальной школе Emerson, и закончила школу East High School в Солт Лейк Сити, в штате Юта. Будучи подростком, она очень хорошо играла в тенис, а также свободно играла на фортепиано. После окончания школы она училась в Университете Штата Юты, где она изучала математику и другие науки и работала в бухгалтерском отделе местной редакции газеты Deseret News, что помогало ей платить за обучение. Пока она училась в университете, она влюбилась в молодого человека, Томаса С. Монсона, который стал ее вечным спутником. Ее отец, Франц,  сразу же почувствовал необыкновенную связь с молодым Монсоном, так как дядя Президента Монсона крестил его в Церкви Иисуса Христа Святых последних дней в Швеции. Томас Спенсер Монсон и Фрэнцис Беверли Джонсон поженились на время и на вечность в храме Солт Лейк Сити 7 октября 1948 года. Ему было 21 год, а ей – 20.

Будучи преданным членом Церкви Иисуса Христа, сестра Монсон очень хорошо понимала, что такое служение. Она служила в Обществе Милосердия и в Первоначальном Обществе. «Она также получила награду «Золотой колос» (часть уже отмененной программы для молодых неженатых членов Церкви от 18 до 30 лет), выполнив условия, связанные со служением в Церкви и самосовершенствованию. Она также служила с Президентом Монсоном в Канадской миссии с головным офисом, расположенным в Торонто, округ Онтарио. В сообщении новостей Церкви также было сказано: «Сестае Монсон следовала Христу словом и делом. Ее всегда будут помнить за ее доброту и тихую, постоянную поддержку, которую она оказывала своему мужу в его церковном служении».

Наследие, оставленное семье

Фрэнсис Беверли Джонсон Монсон всегда будут помнить как женщину, чье сердце было наполнено состраданием, и которая была терпеливой и понимающей, и всегда могла поддержать, а также любила Спасителя. Она всегда была рядом со своим вечным спутником и поддерживала его в его призваниях в Церкви все эти годы. «Моя мать – одна из причин успеха моего отца, так как она поддерживала его во всем, что он делал» – сказала сестра Дибб (Энн Монсон Дибб, дочь Президента и сестры Монсон).

Как матриарх в семье Монсонов, сестра Монсон вырастила всех своих детей в евангелии. Она ясно понимала слова Соломона: «Наставь юношу при начале пути его: он не уклонится от него, когда и состарится» (Притчи 22:6). Наверное, одним из наиболее важных для нее принципов, которым она руководилась при воспитании детей, и который она передала детям, был стих, также находящийся в книге Притч Соломоновых: «Во всех путях познавай Его, и Он направит стези твои» (Притчи 2:6). Подумайте о том, что эта выдающаяся женщина дала каждому из своих детей, и о тех уроках, которым она их научила, и так же, как и ее дети сейчас (и в будущем,) вы сможете с уверенностью сказать: «У нас нет сомнений, что наши матери знали это» (Алма 56:48, Книга Мормона).

The post Ушла из жизни жена президента Церкви СПД appeared first on Томас С. Монсон.

Томас С. Монсон, Пророк Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, членов которой иногда называют мормонами, любит делиться историями, и некоторые из его самых любимых это истории о его предках. Ниже приведены три истории, которые повлияли на его жизнь.

Для многих путешествие не началось в Наву, Киртланде, Фар-Уэсте или Нью-Йорке, но скорее в далекой Англии, Шотландии, Скандинавии или Германии. Маленькие дети не могли до конца постичь движущую силу той веры, которая сподвигла их родителей оставить семью, друзей, удобство и безопасность. У малыша мог бы возникнуть вопрос: “Мама, почему мы уезжаем из дома? Куда мы едем?”

“Пойдем, милый; мы отправляемся в Сион, город нашего Господа”.

Безопасность дома и обещания Сиона разделяли бушующие и коварные воды великой Атлантики. Кто в состоянии описать тот страх, который сковывал сердце человека во время тех рискованных путешествий? Движимые тихим нашептыванием Духа, поддерживаемые простой, но в то же время твердой верой, они доверились Богу и отправились в свое путешествие. Европа осталась позади, впереди ждала Америка.

На борту одного из тех переполненных и скрипучих суден того времени плыли мои прадедушка и прабабушка, их небольшая семья и скромные пожитки. Волны были высокими, путешествие долгим, а каюта тесной. Крошка Мэри всегда была хрупкой, но сейчас, с каждым проходящим днем, ее встревоженная мать наблюдала за тем, как малышка становится все слабее и слабее. Она была серьезно больна. Не было ни аптеки по соседству, ни рецепта, выписанного врачом, ни современной больницы, а лишь равномерное покачивание старого усталого корабля. День за днем обеспокоенные родители вглядывались вперед в поисках земли, но ее не было видно. Скоро Мэри уже не могла стоять. Губы, слишком слабые, чтобы говорить, дрожали безмолвным, но красноречивым удивлением и испугом. Конец был близок. Маленькая Мэри тихо ушла на другую сторону этой завесы слез.

Когда семья и друзья столпились на открытой палубе, капитан судна провел службу, и любимое, такое маленькое тельце нежно завернули в залитую слезами парусину и предали грозному морю. Ее сильный отец голосом, сдавленным эмоциями, утешал безутешную мать, повторяя: “‘Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно!’ (Иов 1:21) Мы снова увидим нашу Мэри!” (Thomas S. Monson, “‘Come, Follow Me’,” Ensign, Jul 1988, 2)

Двое из моих прабабушек и прадедушек ничем не отличались от других. Гибсон и Сесилия Шарп Конди жили в городке Клэкмэнэн, Шотландия. Их семьи трудились в угольных шахтах, пребывая в мире с людьми, окруженные родственниками и друзьями, живя достаточно удобной жизнью на земле, которую они любили. Они услышали послание миссионеров из Церкви Иисуса Христа Святых последних дней и были обращены до самой глубины души. Они услышали призыв отправиться в землю Сиона и сразу знали, что должны на него откликнуться.

Они продали свое имущество и подготовились к рискованному путешествию через великий Атлантический океан. Вместе со своими пятью детьми они взошли на борт судна, неся с собой мирские пожитки, которые умещались в крохотный чемоданчик. В течение восьми долгих изнурительных недель они плыли через коварные воды, преодолевая три тысячи миль, отделявшие их от земли — день и ночь одна лишь вода — восемь недель ожидания со скудной едой, некачественной водой и отсутствием какой-либо помощи за пределами маленького судна.

В этой изматывающей душу обстановке их сын Нафанаил заболел, а затем умер. Мои прадедушка и прабабушка любили своего сына также как ваши родители любят вас, и когда его глаза закрыла смерть, их сердца разбились на мелкие кусочки. К горю добавилось еще и то, что нужно было повиноваться закону моря. Его тело, завернутое в парусину, с привязанным к нему грузом, было предано водяной могиле. По мере того как судно продолжало плыть дальше, лишь эти родители знали до конца всю тяжесть удара по их израненным сердцам. Гибсон Конди и его верная жена нашли утешение в словах “Впрочем не как Я хочу, но как Ты”.

Thomas S. Monson, “Pioneers All,” Ensign, May 1997, 93

Мой дедушка по материнской линии, Томас Конди, тоже преподал мне важный урок, в котором был задействован тот же самый Старый Боб, вошедший в нашу жизнь удивительным образом. Он был вдовцом, а когда ему было уже за восемьдесят, дом, в котором он снимал комнату, должен был идти под снос. Я слышал, как он жаловался моему дедушке на свое тяжелое положение, когда мы втроем сидели во дворе на скамье, подвешенной как качели. Грустным голосом он говорил деду: “Мистер Конди, не знаю, что мне делать. У меня нет родных. Мне некуда переезжать. И денег у меня совсем мало”. Мне было интересно, что ответит дедушка.

Некоторое время мы продолжали раскачиваться на скамейке, а затем дедушка полез в карман и достал оттуда старый кожаный кошелек — тот, из которого в ответ на мои слезные просьбы он часто доставал монетки в один или пять центов и давал мне, чтобы я купил себе угощение. На этот раз он достал оттуда ключ и вручил его Старому Бобу.

Мягким голосом он сказал: “Боб, вот ключ от того дома, через дорогу, который принадлежит мне. Возьми его. Перенеси туда свои вещи. И живи там столько, сколько захочешь. Я не возьму с тебя никакой арендной платы, и тебя никто оттуда не выгонит”.

Слезы хлынули из глаз Старого Боба, стекая по щекам и исчезая в его длинной седой бороде. Глаза моего деда тоже были влажными. Я ничего не сказал ему, но в тот день он стал для меня великаном трехметрового роста. Я был горд тем, что меня назвали в честь дедушки. Хотя я был тогда всего лишь мальчишкой, тот урок оказал огромное влияние на всю мою жизнь.

Томас С. Монсон, “Примеры великих учителей”, Лиахона, июнь 2007 г., стр. 74-80.

The post Истории о семье Томаса Монсона appeared first on Томас С. Монсон.

Однажды на танцах, когда я учился на первом курсе в университете Юты, я танцевал с девушкой из Уэст Хай Скул, а рядом с нами танцевала со своим партнером девушка из Ист Хай Скул. Ее звали Фрэнсис Джонсон, но тогда я этого не знал. Я просто взглянул на нее и понял, что хочу с ней познакомиться. Но она отдалилась от нас во время танца, и я не видел ее в течение трех месяцев. Однажды, когда я стоял на углу Тринадцатой восточной и Второй южной улиц в Солт-Лейк-Сити в ожидании трамвая, я посмотрел в сторону и не мог поверить своим глазам. Я увидел девушку, которая танцевала рядом со мной, а сейчас она стояла вместе с еще одной девушкой и парнем, которого я знал со школы. К сожалению, я не мог вспомнить его имя. Мне нужно было что-то решить, и я подумал про себя: “Это решение требует смелости. Что мне делать?” До меня дошел смысл фразы: “Когда настает время для принятия решения, время для подготовки уже позади”.

Я распрямил плечи и отправился навстречу своей возможности. Я подошел к тому молодому человеку и сказал: “Привет, мой старый школьный друг,” — на что он ответил, — “Я не могу вспомнить твое имя”. Я представился, а он сказал мне свое имя. Затем он представил меня девушке, которая впоследствии стала моей женой. В тот день я сделал пометку в студенческой адресной книге позвонить Фрэнсис Беверли Джонсон, что я и сделал. Это было одно из самых важных решений, когда-либо мною принятых. На молодых людей, находящихся на той же стадии жизни, возложена ответственность принимать схожие решения. На них возложена ответственность выбрать ту, на которой им предстоит жениться, а не просто ту, с кем они ходят на свидания.

Старейшина Брюс Р. Макконки сказал: “Нет ничего важнее, чем заключить брак с правильным человеком, в правильное время, в правильном месте и правильной властью”. Мы надеемся, что вы будете избегать непродолжительного ухаживания. Важно хорошо узнать человека, на котором вы собираетесь жениться, чтобы быть уверенным, что вы оба стоите на том же самом пути с вечной перспективой.

Thomas S. Monson, “Decisions Determine Destiny,” New Era, Nov 1979, 4

В первый же день, как я увидел Фрэнсис, я понял, что нашел того, кого надо. Господь свел нас потом, и я пригласил ее в ресторан. Я зашел к ней домой. Она представила меня, и ее отец сказал: “‘Монсон’ — это ведь шведская фамилия, не так ли?”

Я сказал: “Да”.

Он сказал: “Хорошо”.

Тогда он пошел в другую комнату и принес оттуда фото двух миссионеров в цилиндрах, с Книгами Мормона.

“Вы как-то связаны с этим Монсоном, — спросил он, — Елиясом Монсоном?”

Я сказал: “Это брат моего дедушки. Он тоже был миссионером в Швеции”.

Ее отец прослезился. Он был очень чувствительный. Он сказал: “Он и его напарник были миссионерами, которые учили Евангелию мою мать, и моего отца,и всех моих братьев и сестер, и меня”. Он поцеловал меня в щеку. И тогда ее мать расплакалась и поцеловала меня в другую щеку. И тогда я оглянулся, ища глазами Фрэнсис. Она сказала: “Пойду, возьму пальто”.

Моя милая Фрэнсис очень неудачно упала несколько лет назад. Она попала в больницу. Она лежала в коме 18 дней. Я сидел рядом. Она ни разу не пошевелила не единым мускулом. Дети плакали, внуки плакали, я плакал. Никакого движения.

И потом однажды она открыла глаза. Я установил рекорд скорости, бросившись к ней. Я поцеловал ее, обнял и сказал: “Ну вот ты и вернулась. Я люблю тебя”. А она сказала: “Я тоже люблю тебя, Том, но у нас серьезные неприятности”. Я подумал: что ты знаешь о неприятностях, Фрэнсис? Она сказала: “Я забыла отправить нашу налоговую декларацию за четвертый квартал”.

Я сказал ей: “Фрэнсис, если бы ты сказала это до того, как поцеловала меня и сказала, что любишь меня, возможно, я бы оставил тебя тут”.

Братья, давайте относиться к своим женам с достоинством и уважением! Они — наши вечные спутницы. Сестры, чтите своих мужей. Им нуждаются в добром слове. Нуждаются в дружеской улыбке. Нуждаются в теплом выражении истинной любви.

Томас С. Монсон, “Обильно благословленные”, Лиахона, май 2008 г., стр. 111-12.

Я благодарю моего Небесного Отца за мою милую спутницу, Фрэнсис. В этом октябре мы с ней будем отмечать юбилей — 60 замечательных лет нашего супружества. Хотя служение в Церкви я начал уже в молодые годы, она ни разу не жаловалась, когда я уезжал на собрания или для выполнения моих призваний. На протяжении многих лет моего служения в Кворуме Двенадцати, выполняя поручения, я часто уезжал из Солт-Лейк-Сити — иногда на пять недель, — и ей приходилось оставаться одной и заботиться о наших маленьких детях и о доме. С самого начала, с тех пор, как меня в возрасте двадцати двух лет призвали епископом, нам редко предоставлялась счастливая возможность сидеть рядом во время церковной службы. Я не мог бы желать более преданного, любящего о понимающего спутника жизни.

Томас С. Монсон, “Смотреть назад и идти вперед”, Лиахона, май 2008, стр. 87-90

The post Президент Томас С. Монсон о своей жене appeared first on Томас С. Монсон.

Несколько поколений назад молодой миссионер по имени Элиас Монсон проповедовал Евангелие в Швеции. Он обратил одну семью Джонсон. Позднее члены этой семьи иммигрировали в Юту.

Племянник Элиаса Монсона и внучка Джонсона выросли в Юте. Однажды племянник Элиаса Монсона, по имени Томас С. Монсон, приехал к дому девушки, которую он пригласил на свидание, заодно решив познакомиться с ее семьей. Отец Фрэнсис спросил молодого человека, имеет ли он отношение к Элиасу Монсону, и Томас подтвердил это. Мужчина рассказал, что Элиас обучал его и его семью Евангелию, после чего с благодарностью и слезами обнял его. Томас Монсон позднее женился на Фрэнсис, и вместе они преодолели множество трудностей в жизни с любовью и приверженностью к друг другу.

Благодаря такой важной связи между их семьями кажется, что их брак был божественно предназначен, чтобы объединить эти две семьи.

Президент Монсон впервые увидел Фрэнсис на танцах, но каждый раз она была с новым молодым человеком. Однажды, когда они танцевали рядом, он почувствовал сильное желание встретиться с ней, но позднее он увидел ее только через три месяца. Когда Томас Монсон увидел Фрэнсис снова, он ждал машину, а она была с друзьями, но с ней был молодой человек, которого Томас знал со школы. Это позволило ему подойти к компании. К несчастью он забыл имя своего старого знакомого. Монсон собрал все вое мужество и разрешил проблему таким образом, сказав: “Здравствуй, мой старый друг, школьных лет.” Молодому человеку пришлось признать, что он не помнит имени Монсона. Они поздоровались и наконец-то Томас познакомился с той, которая три месяца не давала покоя его сердцу.

The post Фрэнсис Монсон – жена Пророка appeared first on Томас С. Монсон.